The French Election

One thought on “The French Election”

1. Found this interesting:

   7 октября, когда тысячи боевиков ХАМАСа ворвались в Западный Негев, бывший вице-президент Google и генеральный директор Waze Ноам Бардин находился у себя дома, в США. Он жил и работал вдали от родины уже 13 лет. Но после жутких сообщений из Израиля, решил первым же рейсом вылететь в Тель-Авив.

   …

   Если трагедия 7 октября не сумеет изменить нынешнее положение и архаичную политическую структуру, при которой все делятся на левых и правых, здесь уже не произойдет никаких перемен. Тогда мы превратимся в бедную религиозную страну-изгоя. Израиль уже в течение нескольких десятилетий игнорирует свои самые главные проблемы, и только кризис может привести к подлинным переменам. Самый очевидный пример этого – вопрос о призыве ультраортодоксов. Это «быть или не быть». Невозможно больше содержать 20% неработающего населения.

   Когда Бардин говорит про бедную страну-изгоя, он имеет в виду враждебность по отношению к Израилю и евреям, нарастающую во всем мире, и в первую очередь – среди американской молодежи.

   …

   – До какой степени эта враждебность ощущается сегодня в США?

   – Мои друзья, работающие в хайтеке, рассказывают, что сегодня из американских компаний израильтянам, ищущим работу, просто не перезванивают. Университетские преподаватели разрешают студентам не приходить на лекции для того, чтобы принять участие в пропалестинской демонстрации. И на этих демонстрациях топчут не только израильские, но и американские флаги.

   …

   «Доходы хайтека составляют 20% ВВП Израиля, – говорит он. – Для сравнения: доходы от продажи нефти и газа составляют 16% ВВП России. Это значит, что мы зависим от хайтека в большей степени, нежели Россия – от углеводородов, а это все, что у них есть. Хайтек – паровоз израильской экономики. Без него мы станем страной третьего мира. Посмотрите на наши банки. Неудивительно, что они не могут добиться успеха на международной арене. Ведь это местные монополии. Хайтек совершил настоящий прорыв, он привлек в страну инвестиции, но в нем занято только 10% рабочей силы. Это всего около 400 000 человек. 50 000 из них – инженеры и квалифицированные специалисты, за которыми охотятся во всем мире. Если они решат уехать из Израиля, мы превратимся в Аргентину».

   LikeLike

   Reply